Trainspotting — Выхода нет

Знаете ли вы, что такое trainspotting? Популярное в Великобритании хобби, целью которого является запись номеров поездов, курсирующих по стране. Обычно подобным занимаются дети и «ферроэквинологи» — так, с отсылкой к древнеримским инженерам, называют себя любители железных дорог. Но 90-е внесли в эту безобидную концепцию новые значения. «Вогнать паровоз», «ширнуться», «подзаправиться». И действительно, зачем выбирать жизнь, карьеру, семью и электрический консервный нож, когда есть героин?

Молодой эдинбуржец Марк Рентон променял нормальную жизнь на инъекции зельем, наркотические оргии и нигилизм. В прологе Рентон убегает от полиции, рассуждая про себя о здоровом образе существования и социальной ответственности. Он хочет порвать с наркотическим прошлым, но только после того, как «сделает свой последний укол».

Премьера фильма на Каннском фестивале 1996 года сразу же приобрела скандальную популярность. Экранизация романа Ирвина Уэлша молодым английским постановщиком Дэнни Бойлом не только завоевала внимание на главном кинематографическом фестивале мира и установила кассовый рекорд в Великобритании, но и приобрела статус культового произведения. Это стало возможно благодаря новаторскому подходу создателей к картине. Вместо того, чтобы рассказать стандартную историю о вреде наркотиков, Бойл снял фильм о проблеме взросления и формировании личности в период, когда соблазн доказать всему миру собственную исключительность доводит до саморазрушения.

«Мы бы даже стали колоть себе витамин С, если бы они сделали его нелегальным»

Культура XX века прошла две основные стадии. Первая половина столетия, до 1945, соответствует позднему империализму, эпохе массового конвейерного производства и тоталитарного сознания. В результате научно-технической революции возникли новые формы культуры: радио и кинематограф, потеснившие в сознании людей литературу. Вторая стадия — период после 1945 года, доказывает, что несмотря на мрачные прогнозы Ницше, буржуазное общество жизнеспособно и внутри него происходит перестройка: оформляется «общество потребления», идут процессы глобализации мировой экономики. Перестройка перешла в кризис.

Кризис ворвался в мировую культуру «кислотными» 60-ми и сексуально-радикальными 70-ми. 80-е охарактеризовались гнетущей политкорректностью, падением «железного занавеса» и глобальным хаосом непонимания перспективы. Гонимая неоном и рэйвом, молодёжь вошла в 90-е, пытаясь понять сгнившим мозгом, что готовит человеку новое тысячелетие. Один из проводимых в те годы опросов журнала National Geographic показал, что 40% англичан в возрасте от 20-35 лет пробовали тяжелые наркотики. Всё потому, что в конце прошлого века образ наркотиков носил несколько гламурный характер, бережно созданный Хантером Томпсоном и поддерживаемый слухами об уходе из набившей оскомину реальности. Оттого факт употребления стал казаться невинной, модной забавой. Вышедший в 1993 году роман Уэлша подхватил мизантропические настроения общества, наплевав на правила приличия, смакуя брань, сцены передозов и ломок. «На игле» предстал манифестом о человеческом падении.

В своей картине Дэнни Бойл также действует по сценарию безостановочной провокации, показывая зрителю комедию о жизни наркоманов. И как бы Бойл ни открещивался от схожести стилистических приемов с тогда уже знаменитым на весь мир Тарантино, невооруженным взглядом видно, что неутомимый британец краем глаза, да подглядел у того настрой «Криминального чтива», где поводом к комичному служили исключительно трагические события.

Этим заимствованием Бойл не ограничился. В фильме прослеживается очевидная параллель с «Детками» — кинематографическим дебютом Ларри Кларка, рассказывающем о ВИЧ инфицированных подростках. Герои картины любят заниматься сексом, забыв о презервативах, и курить траву, раздумывая о том, что именно они станут лицом новой эпохи. Даже узнав свой диагноз они продолжают источать оптимизм и надеяться на лучшее будущее. Оно, естественно, не настанет.

Любовь к «На игле» до сих пор сильна из-за вложенного в картину заряда нервозного юмора, пулемётных диалогов и бескомпромиссной смелости режиссёра. Незабываемый монолог главного героя о выборе общественно верного образа жизни, леденящая кровь сцена с мертвым младенцем и урок плавания в «самом грязном толчке Шотландии» скрывают, по большему счёту, довольно поверхностно раскрытые проблемы и резко оборванные сюжетные линии. Безоговорочный талант Бойла в передаче потомкам эпохи разваливается о банальность изначальной идеи, разжеванной в десятках фильмов и книг.

Но что сделало фильм культовым? Безусловно, финал, который олицетворяет ад Данте, действующий по принципу болота: наступивший в трясину никогда из неё не выберется. Ведь если вспомнить, в «Божественной комедии» Ад был представлен колоссальной воронкой, состоящей из концентрических кругов. Рентон погружается в мир вечных мук в самом начале: в одном из наркотических трипов героя засасывает в унитаз. После: лимб и Чистилище, таящие в себе испытания смертными грехами. Финальное искупление Данте — результат победы его души над искушением. Проваливший все посланные испытания Марк в итоге оказывается один на один с Брутом, а вожделенное блаженство оборачивается самым страшным грехопадением.

И нет в жизни случайностей. Существует лишь осознанный выбор. Дети 90-х в СССР выбрали Pepsi, дети Великобритании — героин. А последствия этого решения всем ясны.

«Я иду вперёд, иду по прямой дороге и выбираю жизнь. Я буду таким как вы — работа, семья, телеящик на пол стены, стиральная машинка, тачка, еда без холестерина… прозябание, смерть и вечное ожидание. Я выберу жизнь, но сейчас мне надо уколоться, в последний раз».

Автор текста: Эдуард Голубев