Монах и бес — Бро, иди в ребро

Во время просмотра «Монаха и беса» мне вспомнились слова сценариста фильма Юрия Арабова, произнесённые в одном интервью: «Сделал бы я карьеру священника? В этом есть что-то соблазнительное… Как будто кто-то сверху сразу даёт тебе прощение всех человеческих несуразностей». В принципе, это высказывание могло бы послужить отличным слоганом для фильма. Сотрудничество двух очень разных людей вылилось в удивительный союз: встретились атеист и верующий и поделили фильм ровно напополам — каждому своё. Что получилось? Неоднозначное, но очень интересное кино.

e6a90e935838e9717819dd6174fa2768

Сюжет разворачивается в первой половине XIX века. В мужской монастырь приходит подгорающий (буквально) и странноватый монах Иван (великолепный Тимофей Трибунцев), дабы служить на благо обители в угоду Богу. Но связи с людьми категорически не налаживаются: уж больно Иван проницателен, слишком большой умелец, всё у него получается как по маслу. На рыбалку пойдет – выловит монстра такого, что и шесть мужиков не утащат, колодец надо вычистить – вычистит такой, где даже чёрт ногу сломит от грязи и тины… А вот он-то и не сломит – ведь душой Ивана пытается завладеть злобный демон Легион, который каждый раз норовит сбить богослужителя с пути истинного и заставить поддаться искушению. Но чем страшнее чёрт, тем крепче духовные силы Ивана.

1470942614_1467183189_1

Нет, «Котонавты» не отправились массово креститься, не продались РПЦ и не читают Библию перед тем, как в очередной раз запустить No Man’s Sky, а сюжет «Монаха и беса» вовсе не является христианской агиткой, по крайней мере, от и до. Скорее ровно наоборот – Юрий Арабов, человек, известный своими сложными отношениями с верой и Богом, по просьбе режиссёра фильма Николая Досталя, взял два сюжета из жития святых, слегка притушил православный пафос и сделал трагикомедию из истории об искушении монаха вполне интернациональным аналогом Мефистофеля. И у особо оголтелых борцов за чистоту образа русского православия как раз есть причины встрепенуться и насторожиться.

6332

Первая половина фильма – комедия такого изысканно-издевательского толка, что не смеяться не удаётся даже самым верующим. На ММКФ, где состоялась премьера фильма, журналистка из одной православной газеты просто ухахатывалась, несмотря на то что после фильма-таки задала режиссёру пару каверзных вопросов. Невозможно удержаться от практически конского ржача, когда Иван ласково называет своего беса-мучителя Легиошей, или когда двое монахов несут ту самую гигантскую тварь с хвостом и плавниками и лицом рыбы-капли, выловленную из пруда. Но особенно всласть поиздевались над негативным образом русской церкви: например, в сюжете фигурирует некто вроде протоиерея, являющийся настоятелю монастыря, предлагающий выгодную схему обогащения столичной церкви, «угодную Богу» («лесок-то срубите возле монастыря, мы его новыми теремочками застроим, дабы царским особам жить где было»). А если учесть, что играет этого уморительного православного фантома Роман Мадянов, то ненароком напрашивается параллель с его персонажем продажного чиновника в «Левиафане» — и тут становится совсем невмоготу держаться и гоготать в рукав.

maxresdefault

Тем не менее, этот стёб, ближе ко второй половине фильма, скатывается в довольно толстый троллинг. В эпизоде, когда Иван и Легиоша попадают в Иерусалим, на местном блошином рынке торгуют «гвоздями, которыми был распят Иисус», «венками, которые водрузили на голову Христа, берёте три – четвёртый в подарок» и разве что экскурсии на Голгофу с фотосессией в комплекте не организовывают. Всем понятно, над кем потешаются, но если до этого юмор был действительно смешон, свеж и самобытен, то через некоторое время фильм ударяется в откровенное морализаторство, и по части смеха совершенно точно проседает.

6331

Шутки шутками, но во второй половине включается весьма серьёзное действо. Юрий Арабов, с которым Досталь уже работал над многосерийным фильмом про Варлама Шаламова, традиционно сделал сценарий амбивалентным, неспроста разделив его на два равнозначных пласта на манер «Орлеана», «Юрьева дня» и других своих знаковых произведений. Поначалу фильм вводит аудиторию в состояние юморного экстаза, когда неподготовленный к подобному зритель обнаруживает, что фильм про религию может быть очень смешным, и тут как обухом по голове ошарашивает внезапно нагрянувшая серьёзность. Николай Досталь обожает ставить в центр внимания «чудесного русского дурачка», который ищет Бога («Петя по дороге в царствие небесное», «Облако-рай», «Коля-перекати-поле»). А Арабов погружает персонажей в шоковые обстоятельства, даёт им скатиться до самого дна и раскрыть все самые потаённые тёмные стороны, чтобы потом встать на путь преображения.

filmz.ru_f_228006

И эти две разных точки зрения пересекаются, порождая удивительно странное, старомодное произведение, которое сочетает несовместимое: сатиру на церковь и религиозный экстаз, трикстерные проделки Легиоши и духовную атараксию Ивана, атеизм и высокую веру. Это очень неровный, местами слегка избыточный, а кое-где наоборот слишком недостаточный фильм. Во время просмотра где-то хочется слегка докрутить, а где-то немного поубавить, но, как показывает практика, у каждого будет своё мнение. И самое главное, что фильм в целом ненавязчиво заставляет задуматься о предназначении в жизни человека веры – и необязательно в Бога. Просто очень ярок и показателен получается пример стойкости Ивана, который, как «Симеон-Столпник» Луиса Бунюэля, смело шлёт нечисть с её «окаянным эмпиризмом» туда, где ей самое место – к чёрту.

75